Баечка

Как-то в гости к Хакуину пожаловал его давний дружбачок брат Пу. Разговорились за самоваром с бубликами. По десять кружек чаю навернули. Тут брат Пу и говорит:

— А знаешь, я вот прошлым летом в большом городе был, ага, прикупил по случаю балалайку, ага, замечательная штуковина!

— Иди ты!

— В натуре кипиток.

— А эта… Ты ж играть, поди, на ней не умеешь?

— Да чё там уметь-то. Тут нажал, тут брякнул. Элементарно.

— Ха! Нажал, дёрнул. Это тебе, брат, не палкой в барабан лупить. Тут музыкальный слух требуется, а у тебя его с детства не было.

— Это у кого это не было?! Ты вот сейчас огребёшь, в натуре, по-полной.

Читать полностью »

Как-то раз Бодхидхарма и Хакуин отправились на прогулку в парк. Учитель прихватил томик Мопассана, а Хакуин сачок для бабочек. Интеллигенты, одним словом. Адепт даже сандалии новые напялил.

Идут они по дубовой аллее, кругом тишь да благодать, цикады стрекочут только. Хакуин поймал, было, несколько штук, но сие занятие быстро наскучило. Тогда он припрятал сачок в опавшей листве, а пойманных пернатых выпустил на волю.

Учитель на это заметил:

— По-твоему этим тварям на свободе будет лучше, чем в супе?

— Конечно, о Учитель! — воскликнул адепт, — ведь они будут жить.

— А не приходило ли в твою пустую голову, что Колесо Сансары существует не только для человеков, но и для всех животных на Земле, в том числе и для цикад, которых ты так неразумно отпустил?

— Дык эта… Чё, мне их снова поймать? — не понял адепт.

— Можешь и поймать. Но тогда я спрошу тебя: а не кажется ли тебе, о мой бестолковый ученик, что на свободе цикадам лучше, чем в супе?

Читать полностью »

Однажды зимой навалило столько снега, что только верхушки печных труб торчали из-под него сиротливо, словно пеньки. Бодхидхарма по такому случаю выпал в курительную медитацию, хотя курить пришлось мысленно, так как под снегом трубка совершенно не хотела разгораться. А Хакуин вооружился лопатой и стал подобно кроту копать норы и ходы в различных направлениях, дабы от безделия не усохнуть раньше времени.

Через пару недель рытья Хакуин стал замечать в хитросплетении подснежных коридоров какого-то лысого чувака с лопатой наперевес. Видел он его только со спины и всегда мельком. Несколько раз пытался даже окликнуть, но тот словно нарочно ускользал, не желая разговаривать. А ещё было в нём что-то очень уж знакомое. Хакуин перестал рыть новые катакомбы, желая всенепременно разузнать, кто это тут по его территории шастает. Для этого он удобно устроился на пересечении нескольких коридоров, соорудив из снега нечто похожее на табурет.

Долго ждать не пришлось. Буквально через пару месяцев мельканий и невнятных образов странный тип, наконец, вырулил в центральный коридор и прямиком направился к Хакуину. В нескольких шагах остановился, отвалив от удивления челюсть, а затем произнёс:

— Ё…ть! Пора завязывать с медитациями.

И было чему удивляться, так как незнакомец оказался настолько знакомым, что дальше некуда. Это был ни кто иной, как сам Хакуин!

Читать полностью »

Когда на огороде всё уже было посажено, полито и где надо прополото, Хакуин без сил откинулся в плетёном кресле, жестоко отмахиваясь от комаров и мелкой мошки. Руки и ноги заметно гудели, а в спине что-то дёргало и тянуло, напоминая грядущий радикулит.

— Чтоб я сдох! — выдохнул адепт устало.

— Не надейся, — усмехнулся Учитель.

— Не, ну правда! Наставник, чё я как папа Карло тут вламываю на грядках, когда ты запросто мог бы сотворить пищу прямо из воздуха?

Бодхидхарма огляделся по сторонам, чтобы никто не подслушал, и тихо произнёс:

— Халява, брат, это только на первый взгляд — халява. Из воздуха! Ишь ты какой прыткий. Из воздуха можно только воздух нацарапать.

— Не понял я чё-та. А как же те вещички, что ты на прошлой неделе надыбал, а?

— Тихо ты! Чё разорался?

Хакуин даже пригнулся слегка. Так, на всякий случай.

Читать полностью »

Татхагата повернулся на бок, широко зевнул и вдруг помыслил о чём-то давнем. На столе у Бодхидхармы неожиданно проявилось блюдо с печеньем. Пахло — просто удавиться! Учитель опасливо покосился на предмет, но понял, что это очередной соблазн и решительно впал в безразличную медитацию.

Мимо пещеры ехал на велике Хакуин. С раннего утра он поклялся ничего не есть в течение сорока дней и пребывал в том возвышенном настроении, когда человек решается на грандиозный поступок и обязательно приурочивает его к ближайшему понедельнику.

У входа в пещеру сидели на лавке трое пенсионеров и жестоко рубились в домино. Хакуин поприветствовал старичков, как и положено, зычно крикнул: «Рыба!», чем немало удивил последних и, без лишних слов, ввалился в помещение. Даже ноги не вытер.

— Хай энеджи! Учитель, ты эта…

Читать полностью »

Хакуин вот уже три месяца кряду вручную зашкуривал можжевеловые шарики для чёток и почти стёр пальцы до дыр. Хотелось сделать побольше и разом всё продать на рынке. Очень, понимаешь, приглянулся ему новенький мопед, а денег не хватало. Бодхидхарма глядел на сие безобразие сквозь пальцы, не желая в сотый раз делать нерадивому адепту волшебное внушение. Видимо у Хакуина было слишком много ветра в голове.

Но однажды вечером внезапно налетел приличных размеров ураган и безжалостно уволок все заготовки, что успел наделать ученик. При этом он совершенно нахально рассмеялся и пребольно хлестанул Хакуина по физиономии чьими-то уворованными, мокрыми панталонами. Даже не столько больно, сколько обидно.

Хакуин быстро накопил слезу и уже готов был разразиться безутешными рыданиями, но не успел и подумать об этом, как получил ещё по лицу. Уже от Учителя и тапком. Слёзы мигом застряли где-то на подходе, однако рожу перекосило основательно. Он только мотнул головой, как бы вежливо спрашивая:

— За что, Маста?

Читать полностью »