Баечка

Собрались как-то мужики кучно за гаражами и от безделья стали в меткости соревноваться. Поставили на пень бутылку из-под пивного напитка, посымали ремешки подпоясные и давай вроде как из пращи в нее каменья метать. Прицельность то у всех бестолковая. Почитай за три часа кряду никто не поразил мишень. Все мазилово выходило какое-то.

Тут Семен Куча — танкист отставной в сержантском звании — не выдержал нервенного напрягу такого да как завопит:

— Ёу! … тская колбасень мне в зад! Да что же это за посудина такая неподступная? Неужто заколдована?

А деда, значит, Еремеич — пенек древний, сидит себе на ведерке перевернутом и посмеиваится в бородишшу то:

— Лапух ты, паря, ей-ей лапух! Стрилять ничерта не умеешь. Какой с тебя, паря, танкист? Пацак, а не танкист.

— Да я!… Да мне!!!… А вот щас я!

Тут Семен, значит, опоясался ремешком метательным сам, раскрутил себя эдак немножко, да как побежит-побежит! Прямиком на вражеское орудие. Ну, на бутылку то есть. И сходу эдак ладошкой «вжжжих!» И сметнул посудину с пенька. Взаместо камешка метательного, значит, сработал, ага.

— Вот вам! — орет, — не мазилово я, не мазилово!

— Ну…, — развели тут руками мужики, — Эт канеееешна. Прям в цель!

Разошлись за полночь уже…